Равиль Сафиуллин: «Школа, которую я прошел в Шахтере, очень многое дала мне в жизни» — Телеканал Футбол1/Футбол2

Главная страница » Равиль Сафиуллин: «Школа, которую я прошел в Шахтере, очень многое дала мне в жизни» — Телеканал Футбол1/Футбол2

Равиль Сафиуллин в украинском спорте уже 26 лет. Он был первым вице-президентом Шахтера, затем возглавлял ПФЛ и Министерство по делам семьи, молодежи и спорта. 10 октября Сафиуллин выиграл выборы президента Федерации легкой атлетики Украины. В интервью Даниилу Вереитину он рассказал о первых шагах в новой должности и особенностях избирательной кампании.

– Равиль Сафович, чуть больше трех недель назад вы стали президентом Федерации легкой атлетики Украины. Как это было?

– Ходом избирательной кампании, честно говоря, я был удивлен. Потому что для меня это была восьмая кампания в жизни. Трижды – Верховная Рада, дважды – Профессиональная Футбольная Лига. До этого еще дважды я избирался в Донецкие местные органы власти. Но такой грязной кампании никогда не видел. Это было организовано моим оппонентом, бывшим президентом Федерации легкой атлетики.

– Как вообще возникла идея баллотироваться на этот пост?

– Я люблю спорт. В своей жизни занимался многими видами. Но основательно вошел в спортивную сферу после того, как был приглашен в футбольный клуб Шахтер в 1994-м году. И очень признателен Шахтеру: фактически, путевку в спортивную жизнь я получил благодаря этому клубу. Я – вице-президент НОК Украины с 2005 года. Спортсмены и тренеры постоянно звонят, приходят, я общаюсь с ними. Прекрасно знал ситуацию в легкой атлетике. Сказать, что она хотя бы удовлетворительная, я не могу. Слышал нарекания со стороны спортсменов и тренеров о том, что нужно что-то менять. У меня были разговоры с президентом НОК Сергеем Бубкой и министром молодежи и спорта Вадимом Гутцайтом. Я долго думал и принял решение баллотироваться. По продолжительности кампания была недолгой, но, повторюсь, очень грязной. Что только обо мне не писали в соцсетях!

– В чем это выражалось?

– Писали, что я – это Партия Регионов. А Партия Регионов – это Янукович. А Янукович – это Путин, а значит, Россия. А спорт российский погряз в допинге. И, дескать, если придет Сафиуллин, то допинг из России перейдет в Украину. Мало того, он полностью здесь все перевернет и от тех «положительных моментов», которые были, ничего не останется. Даже целый музыкальный клип был. Такого я вообще никогда не слышал. И в нем предрекают мне кончину. В ходе самой отчетно-выборной конференции тоже было интересно. Она закончилась в половине второго ночи, 11 октября. И это при 27-ми голосующих.

– А началась во сколько?

– В 14:00.

– Вы победили действующего на тот момент президента со счетом 16:11, верно?

– Да, 27 голосов разделились в соотношении 16:11 в мою пользу. Таким сделан Устав. Видимо, человек не хотел покидать свое место. Или чтобы новый президент столкнулся с такого рода системой выборов. Это просто ужас. Я на конференции говорил о том, что это Устав не для членов Федерации, не для легкой атлетики, а для действующего президента. Есть у нас ряд таких руководителей, которые приходят и устав переписывают под себя. Легкая атлетика – яркое тому подтверждение.

На этой конференции присутствовали Бубка Сергей Назарович и Борзов Валерий Филиппович. Два олимпийских чемпиона. Два члена Международного Олимпийского комитета. Бубка – первый вице-президент Всемирной легкой атлетики. И оба они сидели в зале, а не в президиуме. Это какое уважение нужно иметь к людям, которые всю жизнь отдали легкой атлетике, достигли таких высот, чтобы себя любимого посадить в президиум, а первые лица Всемирной легкой атлетики сидели в зале?

Кроме того, было отказано в присутствии на конференции юристу Национального Олимпийского Комитета. Не хотели пускать на заседание и моих юристов, которых я пригласил, учитывая грязь вокруг. Я заключил договор с юридической компанией, и нужно отдать должное делегатам конференции, они проголосовали за то, чтобы юристы присутствовали. Никогда в истории такого не было, чтобы юриста НОК Украины какая-либо из Федераций не пустила для присутствия на отчетно-выборной конференции.

– Был ли у вас разговор с Игорем Гоцулом после этого?

– Ни до, ни после конференции с Гоцулом разговора не было. Мне не о чем разговаривать с человеком, который никого, кроме себя не знает и не уважает, который так относится к людям, к спортсменам, к тренерам, к упомянутым мною Борзову и Бубке. Но есть еще важный нюанс: накануне конференции было открытое письмо спортсменов, которые выступили против Гоцула. Было заседание комиссии атлетов, и они высказались в мою поддержку. А это основные действующие лица – спортсмены и тренеры! Все остальные вокруг тоже задействованы в достижении результата: какую-то роль выполняют врачи, комплексная научная группа, администраторы, работники стадиона. Но спортсмены лишены права голоса в руководящих органах Федерации легкой атлетики Украины. Сколько раз они обращались с просьбой дать им право голоса, всегда получали отказ, только совещательный голос.

– С чем вы столкнулись в первые недели работы в Федерации легкой атлетики?

– Я до этого никогда не был в офисе Федерации. Он расположен в жилом доме, на 17-м этаже. Можете себе представить: входная дверь, которая оставляет желать лучшего, справа на листке бумаги А4 написано «Федерація легкої атлетики України». Этот лист бумаги скотчем приклеен к стене. Скотч уже пожелтел, так давно висит. Гоцул 8 лет возглавлял ФЛАУ, был избран в 2012 году, а я тогда был министром по делам молодежи и спорта. И в то время вообще не звучало, что я представитель Партии Регионов, а президентом был Янукович. Тогда он приходил ко мне, потому что очень хотел стать президентом Федерации легкой атлетики. И его ничего не смущало, а только через 8 лет Гоцул вспомнил об этом.

 

Сказать, что это сарай, будет оскорбительно для сарая. Но там работают люди! Гоцул руководил Федерацией 8 лет, и львиную долю из этого периода был первым заместителем министра молодежи и спорта. Неужели нельзя было создать людям условия? Вот в этом и есть все отношение к легкой атлетике и лицам, работающим на нее.

Не так давно, будучи в офисе, я наблюдал картину. Вносят сейф, телевизор, диван. Гоцул в свое время, их забрал из офиса Федерации, а сегодня их вернули назад. Я спросил у людей, которые заносили эту мебель: откуда они привезли это? На что они мне ответили: «З Державної служби України з питань праці». Оттуда, где сегодня работает Гоцул. Вместо того, чтобы в Федерацию что-то нести, он из Федерации выносил. Вот это руководитель, называется! Человек любит не легкую атлетику, а себя в легкой атлетике.

– Что еще вас шокировало при ознакомлении с деятельностью Федерации?

– Когда я в первый день появился в Федерации, я естественно, посмотрел на счета. И на валютном, и на гривневом – ноли. Но и это еще не все. Каждый день нам приносят счета. Новая Почта – два года не оплачивались счета, задолженности по офису, кредиты. В Европейской легкой атлетике взят кредит на 60 тысяч швейцарских франков, которые погашать нужно в определенной пропорции до 2024 года. Этот кредит взят под процент. Где эти деньги? Мы ничего не знаем.

Форма спортсменов, которая поступала в адрес ФЛАУ, первоначально хранилась в каком-то неотапливаемом гараже. Затем, в каком-то подвальном помещении – даже нет места для хранения. Всех, с кем мне нужно провести переговоры, я приглашаю в свой личный офис. Я не знаю, как можно было в нынешний офис Федерации приглашать иностранные делегации, мне стыдно там с кем-то встречаться.

Мало того, с января 2017 года висит долг практически в 23 тысячи евро перед Кельнской антидопинговой лабораторией. Они сделали пробы легкоатлетам и с января 2017 года по сегодняшний день счета не погашены. Эта лаборатория написала гневное письмо в адрес НОК Украины, в котором говорится, что если вы не повлияете на ФЛАУ, мы будем вынуждены обратиться в МОК и в WADA.

Вообще, деятельность Гоцула вела не только к разрушению легкой атлетики в Украине. Своими действиями он хотел подорвать устои Национального Олимпийского Комитета – стоял у истоков создания Ассоциации массовых видов спорта.

– Зачем она нужна?

– Не знаю. Он – вице-президент НОК, член Исполкома НОК, но этих рамок ему мало. Гоцулу задали такой вопрос: зачем это нужно? Он ответил: «Чтобы оказывать влияние на Национальный Олимпийский Комитет». Это было подвергнуто резкой критике на Исполкоме НОК. Но после этого, он все равно выносит этот же вопрос о создании Ассоциации массовых видов спорта на заседание членов Рады Федерации легкой атлетики Украины. На вопрос одного из членов Рады, как это предложение было рассмотрено на Исполкоме НОК, он наглым образом врет, заявляя: «Там була жвава дискусія». Никакой дискуссии не было: ни один человек не выступил в его поддержку.

– Возникает вопрос: а куда девались деньги со всех счетов Федерации?

– Буквально с первого дня моего пребывания в Федерации я пригласил аудиторскую компанию и попросил, чтобы они проанализировали все не просто за последний год, а за длительный период времени. Я хочу видеть, где средства, потому что картина просто удручающая. Ежегодно Европейская легкая атлетика перечисляла 15 тысяч евро, Мировая – 25 тысяч евро. А здесь везде минуса.

Мало того, отчетно-выборная конференция проводилась предшественниками. По ее завершении, нам принесли счет: гостиница, фуршет – ничего не оплачено. А если говорить непосредственно о легкой атлетике, то в ходе аудита, я надеюсь, мы узнаем многое. Почему все соревнования проводились в одних и тех же городах и на одних и тех же стадионах? Учебно-тренировочные сборы – тоже проводили практически в одних и тех же местах.

Незадолго до выборов проводились сборы в Лазурном, в Херсонской области. Со всей Украины спортсмены ехали туда, но, как оказалось, проживать нужно было только в определенном отеле, на территории этого комплекса. Хотя там цена – 560 гривен. Люди выбрали гостиницу через дорогу, где стоимость – 200 гривен. Но им сказали: так нельзя, вы должны жить в том комплексе, чтобы попасть на соревнования. Почему? У нас что, такие богатые областные Федерации легкой атлетики, что они должны платить 560, если есть возможность заплатить 200?

На соревнования допускались только те, у кого есть бейджик, свидетельствующий о проживании именно в этом отеле. Доходило до смешного: люди через забор перелезали, чтобы попасть на соревнования и бейджик передавали друг другу, который, якобы свидетельствует о том, что ты проживаешь здесь.

И еще одна показательная история. В 2018 году в Бирмингеме проходил чемпионат мира по легкой атлетике. Впервые сборная Украины приехала и участвовала в чемпионате в черной форме. Надписи, что они представляют Украину – нет. Герба тоже нет.

– Главные задачи на посту президента для Равиля Сафиуллина.

– Да у меня задача очевидная – поднять легкую атлетику в Украине. Создать рабочую атмосферу, чтобы люди видели, во имя чего это все делается. Создать такие отношения, чтобы все это способствовало достижению результата. Но тренеры мне говорят: за последние четыре года ни на одних международных соревнованиях, президент не подошел к спортсменам и тренерам хотя бы поддержать. Он сидел в ложе и оттуда наблюдал за соревнованиями. Неужели нельзя сказать 2-3 слова, поддержать атлета, настроить? Люди же все чувствуют. Но если они видят, что президенту, сидящему в ложе, это не нужно, то какое может быть отношение? Как тренер будет готовить спортсмена к старту, учитывая вот такое отношение со стороны первого лица Федерации?

Я был на чемпионате Украины по легкой атлетике в Луцке, еще не будучи президентом. Хожу по стадиону, общаюсь со спортсменами, с тренерами. Один тренер говорит: вот у нас будут сборы по прыжкам с шестом. Называет место и добавляет: «Я не пойму, зачем нам туда ехать, если там нет даже прыжковой ямы?». Я говорю: «А почему же вы едете туда?». А он говорит: «Так нас посылают туда». Кто? И он показывает пальцем вверх. Что это за отношение? С тренера – спрос за результат, а место проведения сборов и подготовки определяет, оказывается, не он.

Желательно, чтобы таких людей, как Гоцул, и близко к спорту не подпускали. Как и к любому другому виду деятельности. Они, кроме своего кармана, больше ничего не знают.

– А достаточно инфраструктурных объектов в Украине для сборов и тренировок? Реально их увеличить в ближайшие год-два?

– Сразу скажу: один или два года – это не тот период, за который можно продемонстрировать какой-то прорыв в инфраструктуре. Предыдущий президент говорит, что столько построили стадионов в его бытность, чуть ли не он лично выстроил. Но строил не он, а местные власти. Можно же было на этапе строительства включиться в сам процесс, подсказать, как правильно сделать? Какие необходимы изменения, чтобы можно было проводить соревнования, приглашать иностранных гостей. А получилось так, что стадионы построены, но не сертифицированы. Соревнования на них проводить нельзя. Спортсмен установит рекорд на этом стадионе, но он не будет засчитан. Потому что он установлен на стадионе, который не соответствует требованиям. Поэтому сегодня нужно выходить и общаться с людьми, доказывать, что это необходимо. Тому же региону будет доход, да и имиджу страны будет большой плюс.

– Правильно ли я понимаю, что сегодня даже НСК Олимпийский не может принимать легкоатлетические соревнования мирового уровня?

– Стадион НСК Олимпийский состоит на балансе Министерства молодежи и спорта. Первым заместителем министра был президент федерации легкой атлетики. В 2012-м году, когда проводился чемпионат Европы по футболу, все было подготовлено.

– Можно было проводить уже тогда, верно?

– Конечно, можно было. Но беговые дорожки и их покрытие на сегодняшний день в таком состоянии, что соревнования такого уровня теперь там проводить нельзя. Они повреждены. Сегодня необходимо пусть даже сделать не полное перекрытие, а наложить слой сверху. Но за 8 лет пребывания Гоцула у руля федерации этого не делалось. Все соревнования избирательно проводятся только в определенных точках. Масса соревнований проводится в Луцке. Да, стадион сертифицирован. Но почему все должны ехать только в Луцк? Почему мы не должны культивировать легкую атлетику, проводя соревнования в различных регионах нашей страны.

– В большом спорте вы уже 26 лет. А что вас привело в эту сферу деятельности?

– Я безумно рад, что в свое время я был приглашен на работу в Шахтер, был первым вице-президентом этого клуба в течение шести лет. А школа, которую я прошел, очень многое дала мне в жизни. Первый год с небольшим – под руководством Александра Сергеевича Брагина, а потом – под руководством Рината Леонидовича Ахметова. Это школа жизни. Мне намного легче разбираться в вопросах спорта, благодаря тому, что я постиг в Шахтере. Даже на этапе моей предвыборной кампании мне задавали вопрос: вы же из футбола, а здесь легкая атлетика, это же разные сферы. Но чем в этом смысле, отличается легкая атлетика от футбола? Или от баскетбола? Есть спортсмен, есть тренер. Медицинское обслуживание нужно? Массажисты нужны? Стадион нужен? База? Все это нужно любому спортсмену, независимо от вида спорта.

– Что входило в ваши полномочия первого вице-президента клуба?

– Вся жизнедеятельность клуба, фактически, была на мне. Финансирование, естественно, зона ответственности президента. А все остальное: сборы, соревнования, выезды, взаимоотношения с УЕФА, ФФУ и ПФЛ, было на мне. Когда я пришел, были проблемы со стадионом: освещение, подогрев, много других организационных вопросов. Но нужно было найти взаимопонимание и с местными властями, с тем же мэром Донецка, которым тогда был Рыбак Владимир Васильевич. Нужно было идти и говорить: «Да, есть задолженность. Но, пожалуйста, не отключайте нам электроэнергию». И нам всегда все шли навстречу.

Я хочу сказать, что в Донецке была настоящая команда. Некоторые думают, что команда – это только игроки на поле. Но я сказал бы, что команда, в понимании Донецка, это значительно шире, нежели просто футбольный клуб или команда Шахтер. Я вспоминаю, что в ложе, в то время, сидели мэр, губернатор, силовики – все приходили болеть за футбольный клуб Шахтер. В моем понимании, команда – это больше, чем футбольный клуб. Все было подчинено одной цели.

– Когда случилась та трагедия в 1995-м (взрыв на стадионе Шахтер и гибель Александра Брагина), какими были ваши первые мысли?

– 15 октября было 25 лет с того дня. Я был уверен, что на том Шахтер не прекратит свое существование. Нынешний президент, Ринат Ахметов, всегда был рядом с Александром Брагиным. И он сразу подставил плечо, поддержал клуб.

Конечно, та ситуация – это был шок для всех. Хорошо помню этот фатальный матч с Таврией. Я нашел тело Брагина и снял с руки часы, по которым его опознали. Они остановились на отметке 17:04…

Позже клуб возглавил Ринат Леонидович, и вы видите, чего достиг Шахтер. Хотя, на первых порах, когда он заговорил о еврокубках, это чуть ли не смех вызывало. Но он доказал, что это возможно, спустя некоторое время. Его подход касается не только футбола: поставлена задача, ее нужно максимально выполнить. Телеканалы «Футбол» на сегодняшний день где? Наверху. Газета «Сегодня» по рейтингу какая была? Первая. ТРК «Украина» какая по рейтингу? Первая. Стадион лучший где? В Донецке. База лучшая где? В Донецке. Кто в нашу бытность стал первым обладателем Кубка УЕФА? Шахтер.

Даже сейчас, посмотрите на разрыв в чемпионате в прошлом сезоне? 23 очка! Когда такое было? И это под руководством тренера, который только пришел, в первый сезон работы Луиша Каштру.

– Виктор Прокопенко. При нем команда впервые вышла в групповой этап Лиги чемпионов. Каким вы его запомнили?

– Он был прекрасным человеком. Весельчак, душа коллектива. Это я знаю не только по его работе в Донецке. Одесситы о нем того же мнения. При нем Шахтер впервые вышел в групповой этап Лиги чемпионов, в 2000-м году.

– А какие условия были в клубе в те годы?

– В клубе действовал принцип: «сказано – сделано». Все обязательства должны быть выполнены минимум на 100%. Может даже и больше, но точно не меньше. Зарплата в Шахтёре была стабильно 5-го числа каждого месяца. Ее могут выдать значительно раньше, но совершенно точно не 6-го.

А сегодня видите, какая школа у Шахтера? Посмотрите, в каких клубах играют футболисты из Шахтера. Это действительно результат деятельности президента и вверенного ему коллектива. Целенаправленный, правильный путь, со временем принес свои плоды. На сегодняшний день это единственный украинский клуб, который в новейшей истории Украины стал обладателем еврокубка. Киевляне тоже выигрывали дважды, но это было еще в советское время.

– Как вы относитесь к тому, что Мирча Луческу возглавил Динамо?

– Это решение Мирчи Луческу. Я вспоминаю, когда он был главным тренером Шахтера, какие нападки на него осуществляли представители СМИ. Понятно, что это делалось с определенной подачи. Но нужно отдать должное Ринату Леонидовичу, что он не обращал на это внимание. Главный тренер – это выбор президента. Но Луческу тогда, фактически, пытались выжить из Украины. Поэтому, для меня было удивительным его решение прийти именно в футбольный клуб Динамо Киев.

Вы помните, какие тогда были противостояния, и как Луческу отзывался о Динамо. И сегодня этот клуб, вместе с теми же руководителями, приглашает его работать с командой. То, что он специалист высокого уровня – это однозначно. Я смотрю на игру киевлян сегодня. То, что они после длительного перерыва играют в групповом этапе Лиги чемпионов, это уже результат. Когда такое было в последний раз? Луческу пришел несколько месяцев назад и изменил характер игроков. Когда киевляне были лидерами чемпионата? А сегодня они лидируют. От этого выиграет украинский футбол. Уже стало интереснее смотреть на матчи между Шахтером и Динамо. 23 очка разрыва, как в минувшем сезоне, я уверен, уже не будет.

– Когда вы в последний раз были на Донбасс Арене?

– 27 февраля 2014 года. Это был матч Лиги Европы против Виктории Пльзень. Запомнил эту дату, потому что в тот день я покинул министерский кабинет. В Верховной Раде было заседание, на котором был избран новый состав Кабинета Министров. Мои функции были завершены, и я был к этому готов, но мы были обязаны дождаться тех, кто придет на наши места. И как только голосование завершилось, я забрал свой портфель и уехал в Жуляны, а оттуда улетел в Донецк, на футбол. Это и был мой последний визит на Донбасс Арену.

Нужно признать: стадион был построен на загляденье. Потому что все, за что брался Ахметов, выходило под маркой «Великолепно». Стадион строился, когда меня уже не было в Шахтере. Но я был, когда строилась база. И я принимал первых посетителей и проводил экскурсии на базе Кирша. И видел глаза представителей УЕФА, которые приехали посмотреть базу перед стартом Шахтера в групповом этапе Лиги чемпионов, в 2000-м году. Они были в восторге!

Не так давно я говорил с Ахметовым о стадионе. В этом году изданием Marca проводился опрос среди болельщиков, целью которого было определить лучшие стадионы мира. Донбасс Арена заняла 18 место. Но я Ахметову говорю: «Вот смотри, уже 6 лет Шахтера там нет, стадион не задействован, и тем не менее, он занимает 18 место». Почему на таком стадионе и было приятно смотреть футбол. Почему и посещаемость в ходе чемпионата на этом стадионе была самой высокой в Украине. Все было сделано качественно и с максимальным комфортом для зрителя. А когда делаешь для людей, относишься с уважением к ним, результат не заставляет себя ждать. Что и доказал ФК Шахтер.

Узнавай о результатах матчей и смотри крутые голы самым первым! Читай наш телеграм-канал.

Source: news.google.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.